• Администрация

ПЛАНЕТНЫЕ СОБЫТИЯ С ПОЗИЦИИ ЛИТЕРАТУРЫ И ФИЛОСОФИИ

Интервью писателя и философа А.В. Кацуры

для интернет-портала https://www.globalistika.ru/

3 июля 2020




– Уважаемый Александр Васильевич, Ваше творчество в немалой степени связано с темой глобализации и её всевозможных последствий. Поскольку и теперь всё ещё не закончены дискуссии относительно природы и сущности глобализации, то Ваше мнение на этот счет было бы особенно интересным читателям нашего сайта.

– Глобализация – естественный этап в развитии человечества. Единая человеческая семья (в цветущей сложности языков и культур) мирно населяет планету. И, возможно даже, ближний космос. Это единственная здравая реальность для второй половины 21 века. А возможно и на большие сроки. Есть ли этому альтернативы? Вечная грызня отдельных стран и территорий? Бесконечные войны? Подозрение и ненависть к соседям? Ужас, смерть и разорение? Думаете, коммунальная квартира с глухими, непроницаемыми стенами возможна?

Как видите, выбор хоть и крут, но по сути прост. Человек уже по замыслу существо глобальное и универсальное (благодаря разуму и творческой природе). Глобальное (от глобуса) – то есть планетное. Универсальное (универсум – вселенная) – то есть вселенское. Человек не только занимает (покоряет?) всю планету, он дерзает наблюдать и осмысливать весь бескрайний мир. Короче и яснее всех это выразил Паскаль: в пространстве вселенная охватывает меня как точку; в мысли я охватываю всю вселенную.

Если задачи людей сводить к ипотеке, курсу валют, удобным кредитам для бизнеса и удачному отдыху на курорте – то большего предательства по отношению к истории не придумать. И долго подобная история не продлится. Из-за бессмысленности. И тогда пресловутый конец истории станет реальностью.

– Сейчас много разговоров относительно того как связаны глобализация и пандемия коронавируса. А как это видится Вам?

– Связаны они просто, весомо и грубо. Человечество, всё более становясь планетным явлением, неизбежно сталкивается с противодействием биосферы (у которой свои представления о допустимой численности видов – от бактерий до китов). Этим объяснялись прошлые эпидемии чумы и холеры (с которыми люди, так или иначе, справились). Ныне это – нашествия вирусов. Они будут только нарастать. И сражения тут предстоят нешуточные. Биосфера действует вслепую. Человек пытается отвечать зряче («хитрость разума» по Гегелю). Истоки и глубина сих событий наукой совершенно не осмыслена. Эпидемиологи, вирусологи, социологи поднять взор выше края чашки Петри не способны. Тут должны помочь новые взгляды, во многом связанные с развитием глобалистики (как серьёзного комплекса научного и философского знания, а не как поверхностной болтовни журналистов, слабо подготовленных политологов и экономистов, чей кругозор достаточно ограничен).

– Что касается пандемии коронавируса, то в одной из своих работ Вы задолго до того, как человечество столкнулось с этой проблемой, уже описали весьма схожий сценарий глобального масштаба. Что Вас натолкнуло на эту тему и как Вам видится дальнейшее развитие событий?

– В начале века я затронул эту острую тему в двух работах. В небольшой научно-популярной книжке «Экологический вызов: выживет ли человечество?» (М., 2005) я писал: Человек – единственный вид в биосфере, который сумел вырваться из-под диктата «волшебной палочки прогресса» (выражение Г.Ф. Гаузе – имеется в виду природный жёсткий, а порой и жестокий ограничитель количественной экспансии вида)… Случилась принципиальная историческая инверсия: уже не природа диктовала человеку численность и темпы роста, но сам человек навязал их природе, идеологически оформив этот процесс как победу разума над силами природы… Биосфера (живая саморегулирующаяся система) искала и находила средства затормозить численную экспансию вида Homo Sapiens. Достаточно вспомнить катастрофические эпидемии прошлого… Эпидемии нынешнего дня только набирают обороты. Нарастает количество природных и технологических катастроф… (с. 19). Не случайны регулярно повторяющиеся в последние годы пандемии восточного гриппа и тому подобные факты (с. 33). Тут мне пришлось обратиться к достаточно серьёзной математике: проанализировать особенности экспоненциального роста, математическую зависимость, описанную голландцем Верхюлстом (та самая «волшебная палочка прогресса»), логистические кривые мягкого роста, предложенные американцем Перлом (ещё в 1925 году). Выяснилась интересная картина, которую сравнительно недавно дополнили замечательные расчёты по «демографическому переходу» Сергея Петровича Капицы (мне посчастливилось обсуждать эти новые результаты с самим их автором).

А далее ещё в той работе 2005 года я заметил: мы оказались пленниками изживающей себя концепции человека – господина и преобразователя природы… которая ведёт к неизбежной ценностной слепоте и глухоте, неспособности «органической системы человечества» относиться к остальному миру иначе, нежели сквозь призму своего мерила… Необходимы более высокие системные отношения… (с. 58).

Сегодня я вновь заявляю: это вопросы компетенции высокоразвитой глобалистики. Если хотите, необходимо серьёзно и заново вдуматься в нарастающую «войну Биосферы с Ноосферой», включая космический этой войны аспект. Это новый и неожиданный этап развития планеты и ближайшего к ней пространства, он таит новые приключения и, безусловно, ждёт своих новых исследователей.

Чуть позже, в романе «Наброски к теории чудес» (по жанру – переплетение реальности и фантастики), (М., 2007) я затронул эти вопросы, обращаясь уже не к математике, а, скорее, к образному мышлению. Там я выступил не как «астролог» или «ясновидящий», но – оставаясь на почве «научного ожидания». В итоге мне удалось угадать нынешнюю пандемию, причём именно 2020 года (в романе это время было обозначено как год столетия знаменитой «Испанки»). Совпали и иные детали: что новый и жуткий вирус – скорее всего смесь природного и рукотворного, что начало положат американские вирусологи, а закончат азиатские в закрытой лаборатории (Китай?). И что вероятна утечка этого вируса. И что будут тайные разговоры о сокращении глобального населения, о возможностях вирусов «этнического» и «расового» воздействия… В книге этой мне удалось затронуть и тему искусственного интеллекта (продвинутых «биокомпьютеров»), возможных здесь конфликтов планетарного характера…

К великому моему сожалению обе эти книги (и тоненькую, и толстую) мало кто прочитал, а выводов вообще не сделали (тут надо добавить, что почти весь тираж «Набросков» пропал в момент трагического обвала издательства «Радуга»). Я подумывал над переизданием романа (с современными поправками), но ещё решения не принял.

Что касается дальнейшего развития событий, то это большой и серьёзный разговор. Я посоветовал бы читателям заглянуть в ещё одну книгу, где говорится о вероятном будущем достаточно детально – «Планетарное человечество. На краю пропасти» (М., 2015), авторы – А.В. Кацура, И.И. Мазур, А.Н. Чумаков).

– В свете последних событий снова становится актуальным вопрос о глобальном правительстве. Что Вы думаете на этот счет? Насколько реалистична такая идея и есть ли ей альтернатива?

– Этот крайне болезненный вопрос подавляющим большинством политиков, политологов, социологов и расплодившихся полуграмотных блогеров рассматривается предельно примитивно и плоско (как сторонниками, так и противниками-горлопанами). Что-то вроде американского конгресса на всю планету или (не дай Бог!) российской думы. Этот мотив затрагивал удивительный пророк и поэт-мистик Даниил Андреев в эпохальной своей книге. Он называл это воцарением Князя мира сего (читай – дьявола) и всемирной катастрофой (планетой-тюрьмой). Но этого, уже понятно, не случится. Что же будет? Ведь единым человечеством (а оно несомненно станет единым) кто-то и как-то должен управлять. Андреев предлагает романтическую утопию в виде единого союза «религий света» при воссоздании «облагороженного образа человека». Красиво, но на ближайшие десятилетия нереально. Я могу тут сверхкратко изложить более приземлённую концепцию. Надёжную стену можно сложить только из крепких кирпичей (без трещин и внутренних противоречий). Таковыми могут послужить относительно небольшие, но гармонически целостные нации-культуры. Со своей историей, языком и мифологией. Этот процесс ныне довольно интенсивно идёт (самый показательный пример – мирный распад Чехословакии на две вполне успешные страны. Не до конца осмыслен и пресловутый Брекзит). Большие империи (явно отжившие) должны доразвалиться (пока не возникнут ясные и крепкие государства). Стран может оказаться не 200, а 500 или 600. Ничего страшного в подобном варианте нет (сколько бы он не казался фантастическим). Наоборот. Не будет монстров с абсурдными аппетитами и тяжёлыми заскоками. Если бы 300 германских княжеств не были бы объединены «железом и кровью», возможно, не случилось бы двух страшных европейских войн (с мировым резонансом).

В новейшей ситуации каждая малая страна пошлёт двух представителей в мировой совет мудрецов (1000 человек или чуть больше), и он сумеет гуманно управлять целым, не покушаясь на свободу и эффективность отдельных правительств. Этим будет достигнуто цветущее разнообразие культур, а не унылое однообразие мирового котла. Разумеется, это проект с сильнейшими признаками утопии. Но никто не мешает поставить рядом проекты, по виду более реалистичные и могущие оказать конкуренцию. Ведь ясно, что мир в сегодняшнем виде долго не протянет. Дезинтеграция и новая интеграция (новые союзы) неизбежны.

Хельсинское соглашение о нерушимости границ было наивным и недальновидным. Будапештский договор о границах Украины – смехотворным. Нужны иные, более здравые принципы (когда удастся мирно и к всеобщему удовольствию решать проблемы Каталонии, Квебека, Шотландии, Карабаха, Донбасса, Абхазии, Сирии, Косова… Может быть даже Техаса, Калифорнии, Сибири или Северной Италии… мы не знаем, какие тут проблемы подбросит нам завтра или послезавтра мир). В любом случае, решать по старинке, с помощью перестрелок, это уже невозможно). Безусловно, необходимо по-новому оценить мировое хозяйство в целом и в деталях (в аспекте многоукладности, под одну гребёнку здесь стричь нельзя). Мировое правительство в виде совета из тысячи мудрецов – сегодня утопия и мечта. Но альтернативой может случиться мировая бойня.

– В своей последней книге – внушительном и многоплановом романе «Фантомный бес» Вы много внимания уделили истории появлении и творцам ядерного оружия. Каковы перспективы сохранения мира на планете, и при каких условиях человечество сможет избежать ядерного апокалипсиса (да и сможет ли)?

– Слово «Апокалипсис» (по-гречески – Откровение) не очень тут подходит. Ведь «Откровение Иоанна», повествуя вначале о всадниках смерти, в итоге кончается светло – Вторым пришествием Спасителя и поражением дьявольских сил. Скорее говорить можно о ядерном Армагеддоне (в Библии это – действительно кошмарный конец). Такая опасность над человечеством висит. Увы, это правда. Снять эту угрозу можно только с помощью объединения всех светлых сил – на пути нравственного роста человечества в целом. То есть фактически – это выбор людей. Готовы ли они в массе? Колоссальной важности вопрос. Нынешнее поведение людских толп (и на Востоке, и на Западе) большого оптимизма не внушает. Большинство «князьков мира сего» ничего кроме презрения не вызывают. Как отыскать светлых и мудрых личностей, которым можно доверить рычаги управления? Как добиться нового и быстрого Просвещения? Нового подъёма гуманизма? На эти вопросы, прежде всего, должны отвечать мастера культуры. Они обязаны (как это бывало ранее) становиться властителями дум. Не видно, чтобы они были к этому готовы. Но если мир в целом желает сползти в зловонную, кровавую яму, то что может его остановить?

– В «Фантомном бесе» вы наглядно показываете, что оружие, способное убить человечество, создали удивительно талантливые и на редкость светлые люди. Что вы хотели сказать, высвечивая этот парадокс?

Да. Невероятный парадокс налицо. Негодяи способны создавать столь сложные вещи лишь в мрачных романах. На деле, в реальной жизни, они могут лишь использовать в чёрных замыслах то, что создают люди светлые. Колоссальная загадка для всей земной цивилизации. Эйнштейн, Оппенгеймер, Вигнер, Ферми, даже Клаус Фукс и Эдвард Теллер в нравственном отношении – почти образец. Особенно поражает фигура Лео Силарда, который был главным мотором в создании А-бомбы. Он лишь стремился к тому, чтобы Гитлер не оказался тут первым (в нацистской Германии оставались очень сильные физики и был открыт «Урановый проект»). А так Силард ещё в молодые годы предложил Герберту Уэллсу (который годился ему в отцы) учредить так называемый «Открытый заговор» – союз гуманистов планетарного масштаба во имя мира. Уэллс с радостью идею поддержал. Они начали перебирать достойных людей, загибая пальцы. Но больше шести-семи человек во всём мире насчитать не смогли (дело происходило в 1928 году). После сожжения японских городов Силард наотрез отказался делать бомбу водородную и вообще ушёл из физики, занявшись не наукой смерти, а наукой жизни – биологией старения.

– Ваше литературное и философское творчество неразрывно связано с прошлым, настоящим и будущим России. Как бы вы кратко сформулировали её ближайшее и отдалённое будущее?

– В 1900 году Россия демографически и экономически составляла 10 процентов мирового целого. При быстром хозяйственном и, главное, культурном росте. Многие мудрецы (скажем, Дмитрий Менделеев) смотрели на её будущее (во благо всего мира) с надеждой. В 2000 году Россия демографически и экономически не достигает и 2% (как сказал бы физик, в пределах ошибки). Культура её на грани издыхания. Масштаба случившейся за истекший век-волкодав катастрофы так никто и не осознал. Прекрасное духовное наследие Достоевского, Толстого, Чехова развеяно по ветру. А крикливые амбиции её лидеров-временщиков звучат громче и хвастливее доктора Геббельса. Как в такой ситуации собирать камни? Пример личной творческой и нравственной жизни в подобной ситуации в недавнем прошлом подавали люди типа Сахарова, Солженицына, Буковского… Давайте оглянемся: есть нынче такие? Как тут справиться с чёрной удавкой пессимизма? Но приходят новые поколения. Крот истории роет неустанно. Надежда на двадцатилетних. Через 15-20 лет управлять страной будут они. Но возникает интересный вопрос: а как будет выглядеть мир в целом? Ведь он тоже не намерен стоять на месте.

– Закончив физический факультет МГУ, Вы затем посвятили себя философии и литературе, а при этом увлекаетесь еще поэзией и живописью. Как все это сочетается в одном человеке, и где Вы чувствуете себя профессионалом, а где просто любителем?

– Готов покаяться: я был неумеренно жаден до всего. Первые мои научные публикации были посвящены математике (интегралы по траекториям в прогностике). Одновременно я увлёкся живописью (ещё в студенчестве), причём сразу в крутом модерне. Картонки и холсты мои начали покупать (а это главный признак профессионализма). Я хотел даже всё бросить и податься в Строгановку (дабы подтянуть мастерство). Но на столь крутой поворот не решился (хотя в скобках могу заметить, что писать картины – лучшее занятие в мире. Миллионы художников-любителей, думаю, со мною согласятся). В соответствии с дипломом физика меня хотели запихнуть в секретный институт (работать на войну). С этим я не мог согласиться и ушёл в относительно вольный мир – в философию науки. Одновременно я начал писать в стиле научной фантастики. Рассказы мои стали появляться в приличных журналах (типа «Знание–Сила») и сборниках. Потом пошли и книги. Ни одну из этих линий я до конца так и не бросил. Например, по живописи участвовал даже в международных выставках. Но относился я к этому без звериной серьёзности. Дело в том, что любители, как правило, – свободнее и счастливее профессионалов. В подобной многосторонности были немалые минусы, но были и плюсы. Я заметил, как всё это расширяет кругозор. Особенно в плане философского осмысления жизни. Ведь философия не решает конкретных проблем. И в этом плане она бесполезна. Но у неё есть интересная претензия: смотреть сверху на все проблемы в целом (включая глубины собственной души). Это очень любопытная особенность. И она очень поднимает человека – именно в человеческих его качествах.


4. Кацура А.В. ДЛЯ САЙТА ГЛОБ
.doc
Download DOC • 67KB